- Французские? - спросила я, почуяв носом нечто божественное среди запахов мокрой от снега цементной плитки на полу, докторской колбасы, за которой я стояла в очереди, зимних зелёных яблок, свежего ржаного хлеба: всего того, чем обычно пахло зимой в гастрономе нашего советского детства.

​

Неземной аромат благоухал над суетой.

Среди гражданок неопределённого возраста, одетых в пальто с норковыми воротниками, возвышалась та, кому определённо принадлежал этот запах.

Первая модница школы, в пуховике цыплячьего цвета, свысока посматривала вокруг с видом, что будто ажиотаж вокруг варёной колбасы не имеет к ней никакого отношения.

 Я не удержалась и задала ей этот вопрос.

 В глазах её промелькнула радость: «Заметили!», и тут же она напустила на себя равнодушный вид, снисходительно ответив:

- Отец привёз.

Подождала немного, когда же я спрошу название.

Не дождалась.

Держать паузу научила меня жизнь с юных лет.

- Это «Фиджи».

​

С тех пор я знала название своей мечты.

В журнале «Бурда» долго рассматривала страницу с рекламой: смуглая, тонкая красавица сидит на песке и держит в руках флакон.

На её коже - песок. За спиной - тропический закат, силуэт пальмы. Одежды на ней только и есть, что набедренная повязка и грива темных волос.

Тогда у меня не хватило духу мечтать о том, чтобы сидеть вот так же, на длинном пляже, чувствуя, как тёплая вода вечернего прилива лижет тебе ноги.

Объектом моих желаний, а точнее, пределом моих мечтаний стал аромат, заключённый в футляр цвета спелого манго на полке парфюмерного магазина.

Цена, стоящая рядом с коробочкой, была так же недостижима, как и загадочный остров Фиджи.

 

 

 

«Это происходит со мной!»

Мне хотелось кружиться от счастья.

Сказочные дни. Букеты из экзотических орхидей делают мою скромную спальню похожей на будуар азиатской принцессы. Взгляд купается в нежной роскоши, скользя по лепесткам цветков всех оттенков жемчуга. 

«Люблю тебя!» - слышу я от того, от кого это хочется слышать.

​

Он единственный и неповторимый.  Он добрый и щедрый. Я восхищаюсь его великолепным чувством юмора. Да, он старше меня. Не красавец. Но какое это имеет значение, когда мы просто созданы друг для друга! Говоря о будущем, он всегда произносит «мы с тобой». Это значит - он и я!

«Мы»!

Волшебное местоимение, обладающее магической способностью превращать все вокруг в сказку и исполнение самой заветной мечты!  

На пальце вспыхивает всеми цветами радуги подарок: оправленный в дорогой белый металл бриллиант, который разноцветной игрой отточенных граней словно подтверждает: «Да, это происходит с тобой!»

Он из другого города и когда ему удаётся выкроить время среди дел, которые постоянно надо решать, то он стрелой мчится ко мне.

«Мы»!

​

Какой уверенностью в прекрасном и недалёком будущем обладает эта волшебная часть речи! Всего лишь две буквы и вся Вселенная у моих ног!

Мы познакомились на Кипре полгода назад и скоро будем всегда путешествовать вместе.

Всякий раз он останавливается в дорогой гостинице.

Редактор нашей газеты ворчит, но отпускает меня в творческую командировку за свой счёт.

Он меня ждёт в номере. Ровно три дня и три ночи мы не вылезаем из постели. Он такой…сильный! 

​

Мы ужинаем и обедаем в ресторанах класса «люкс». Где бы он ни появился, всюду привлекает всеобщее внимание. Официанты крутятся возле нас, чувствуя большие чаевые:» Барин приехал!»

Мы выходим из ресторана. Оба пьяные: я - слегка, он - заметно.

Смеёмся, как дети!

- Давай зайдём! -  кивает он на парфюмерный бутик и тащит меня за руку.

Я делаю вид, что упираюсь. Потом взлетаю по белым мраморным ступенькам и открываю заветную дверь.

- Выбирай!

Я самая счастливая женщина на свете!

- «Фиджи»!

- Зачем тебе «Фиджи»? У жены такие же…

 

Вдруг я оказалась в тишине.

Одна.

Только слышу звон осколков моего переливающегося всеми цветами радуги, мира. Он что-то говорит мне.

Машинально принимаю из его рук коробочку цвета спелого манго и открываю дверь на улицу.

Пахнет мокрым асфальтом и, прибитой мелким дождиком, пылью.

Вижу его встревоженный взгляд.

Может быть, аромат, названный в честь далёкого острова, приведёт меня в чувство?

Притертая стеклянная пробка никак не хочет открываться.

Странно... Или это мне только кажется?

Я снова слышу звон разбитого стекла...

В руках у меня ничего нет.

По его губам понимаю, что он говорит мне, что любит меня и купит мне ещё, и чтобы я не плакала и не расстраивалась.

И что все будет хорошо.

 

 

 

Сколько же лет прошло с тех пор, когда в нашем городе, рассказывали притчу о капризных спутницах новых русских, которые швыряют с размаху на пол только что купленные духи, которые им, видите ли, не понравились?

Сейчас я лечу через Тихий океан.

Одна.

​

Рядом со мной занял место седой поджарый австралиец.  Летит в Сидней.

У него мягкий бархатный голос, удивительно сочетающийся с резкими мальчишескими движениями.

Он заметно обрадовался спутнице. которая может свободно поддержать разговор.  

Но я отвернулась и сделала вид, что засыпаю. Ни с кем не хочу делить предвкушение своей мечты. Это мои Фиджи, мой праздник.

Немыслимо долгий перелёт, и вот, самолёт идёт на посадку.

 

Двери аэропорта, похожего на стеклянную шкатулку, выпускаю меня из прохлады кондиционеров в тёплую влажную ночь.

С наслаждением растягиваюсь на прохладных простынях среди лепестков роз и шоколадных сердечек. Закрываю глаза. Усталость и радость поднимают меня к звёздному небу, раскинувшему своё алмазное колье над архипелагом. Я растворяюсь в ночи, сливаюсь с ней и.... незаметно просыпаюсь от щебета птиц, доносящегося сквозь плотные шторы.

Браслет часов отпечатался на щеке.

Отражение в зеркале улыбнулось мне, и с этого момента улыбка стала частью меня, и я щедро дарю её всем.

​

За завтраком обмениваемся улыбками с тем самым австралийцем, моим спутником.

Откуда он здесь? Совпадение.

​

Экзотические ароматы натуральных масел, дымок благовоний.

Мягкая ткань на невесомом после массажа теле. Сильные, смуглые руки массажисток знают своё дело.

Я забываю на некоторое время кто я такая, откуда приехала и зачем я здесь.

Вспоминаю об этом только к вечеру, почти весь день просидев на пляже.

Я взрослая, состоявшаяся женщина, с забранными в пучок светлыми волосами. Красивая. На мой коже - белый песок.

Солёная вода полинезийского архипелага сначала трогала мои пальцы на ногах, и прилив скоро доберётся до бикини.

Мне все равно, что я пойду в мокрой юбке.

Мне хорошо.

За моей спиной- пальмы.

В черных стёклах солнечных очков, которые я держу в руках, отражаются разноцветные огни шоу. Смуглые полные девушки, украшенные гирляндами цветов, кружатся в танце, топая в ритм крепкими ногами.

 

Словно невидимая рука набросила на меня сверху золотистую невесомую паутинку, сотканную из тёплого тропического воздуха, нежного шёпота волн, скользящих по песку, едва уловимого запаха незнакомых мне растений, роскошные цветы которых, словно колдовской папоротник, распускаются только тогда, когда солнце опускается за горизонт.

 

Волшебная ночь. Приятное оцепенение охватывает все моё существо. На краю света, за тысячи километров от дома я нахожусь в сладком плену моей исполнившейся мечты.

В сумерках, флагом мирных переговоров, белеет мужская рубашка.

Мой попутчик по перелёту через океан приближается ко мне, сдерживая свой быстрый шаг.  

Я чувствую, как невидимая нить, откуда ни возьмись возникшая между нами, вплетается в узор, окутавшей меня мантии счастья, и я улыбаюсь ему навстречу.

Ольга