ГЛАВА 13
О пользе прогулок в ветренный день по Альгарве.
Неожиданное совпадение не давало Лене покоя. Воспользовавшись тем, что Рикардо ушёл на свою послеобеденную прогулку, она решила зайти в антикварный магазин и попытаться выведать, когда и кто сдал кольцо на продажу.
Лена шла парком отеля, где росли огромные сикоморы. По привычке, спасаясь от жары, она хотела запастись прохладой от тени воздушных корней этих странных деревьев. Но жара неожиданно спала. Порывистый ветер играл корнями деревьев, которые раскачивались в воздухе, как обрывки гигантской паутины.
Солнце скрылось за серыми подвижными облаками, которые затянули небо над океаном до самого горизонта. Вечер с шелестом и шумом гнал по улицам сухие пальмовые листья, обрывки газет и жестянки от напитков. В городе туристы попрятались от ветра в магазины, лавчонки, бары и кафе, от нечего делать покупая сувениры и попивая голубой кокосовый напиток с кусочками льда.
Лена приблизительно помнила путь к антикварному магазинчику. Когда они с Рикардо возвращались с городского пляжа, болтая и рассматривая витрины, то вдруг услышали раздирающие душу крики: белый какаду в клетке одновременно свистел, рычал и ругался на всех языках мира. Туристы хохотали и аплодировали артисту. Хозяйка заведения, молодая полная мулатка, с выпирающими из тесной джинсовой одежды смуглыми телесами, довольно улыбаясь полными, ярко очерченными губами, обходила публику с бейсболкой, которая быстро заполнялась монетами и купюрами.
Пара артистов отлично сработалась: смуглый живот и груди девушки аппетитно выпирали из джинсовой жилетки. Бразильских размеров круглой попе явно было тесно в белых коротких шортах. И неизвестно, чьё «шоу одного актера» имело больший кассовый сбор.
Ветер тянул лёгкую летнюю юбку в высь, в полёт! Лена то и дело придерживала её обеими руками. Знакомая мулатка гонялась за пластиковым стулом, который с каждым порывом ветра отъезжал от террасы всё дальше и дальше. За стеклом кафе белый попугай задумчиво клевал прутья клетки. Надо перейти улицу и через старую арку, увитую ярко фиолетовыми колокольчиками, войти в старый город.
Она поднималась по каменной лестнице с гладкими стёртыми ступенями. Ветер хлопал ставнями. То здесь, то там слышался звук разбитого стекла. Если повернуть направо, то на углу небольшое кафе в два стола, пропахшее горелыми сардинами.
Обоняние не замедлило взбунтоваться.
Значит, иду правильно. Вот уже видна вывеска «Ювелирные работы. Антиквариат».
Не успела Лена взяться за ручку двери, как дверь распахнулась, и на пороге лавки застыл Николай.
— Ты? Как ты здесь оказался?
— А т-т-ы?
— Долгая история.
— У меня т-т-тоже. Т-т-ты другая с-с-стала. Очень изменилась.
— .... Я не ношу сейчас очки и... И у меня ещё вот.. — только и могла вымолвить Лена, сняла с пальца кольцо и положила на ладонь. — У меня вот...
«То ли лев, то ли сова» лежало на знакомой до каждой черточки, изящной ладони. Кто-нибудь может объяснить, почему я встречаю эту женщину, когда окончательно решил с ней расстаться?
Забытый и такой знакомый взгляд. Его зелёные глаза словно вбирают тебя всю, как океан, как весенние тополя, как вода зацветшего в начале августе озера.
— Откуда у т-т-тебя кольцо?
— Купила здесь два дня назад.
— Я с-с-слышал, что вещи находят с-с-своих хозяев, но чтоб т-т-так..
— Дай руку.
Николай поддался знакомому чувству добровольного подчинения, которое всегда испытывал в присутствии этой женщины и протянул руку, не задумываясь. Лена положила кольцо на середину ладони, один за другим, медленно согнула Николаю пальцы и дунула на кулак.
— Кольцо вернулось к тебе. Ты решил с ним расстаться, а оно снова твоё.
Между ними повисло молчание.
— Пока!
— Лена! Вот так просто уйдёшь?
— Ты хочешь что-то сказать?
Как ей сказать о том, что он приехал сюда, потому что, как ему казалось, окончательно решил расстаться с той жизнью, когда каждый день, просыпаясь, он вспоминал её. Она зевает, заспанная, а во рту сидят два ряда жемчужин — одна к одной. Сводит руки за спиной, пытаясь застегнуть бюстгальтер. Пальцы удлинённые, кожа светлая... Нежные, чуть припухшие от поцелуев розовые губы...Спокойный взгляд серых глаз из-под тёмных густых ресниц, от которого Николая , как током било.
Со временем воспоминания стали не такими яркими, а потом совсем исчезли. Только он никак не мог расстаться с кольцом.
В тот день перед Новым годом была оттепель. Солнце припекало. Сосульки плакали, талые сугробы растеклись по всему городу.
-Коля!
В чёрной распахнутой шубке она выскочила из синей «Вольво», и, не жалея светлых замшевых сапог, слегка покачиваясь на высоких каблуках, пробежала по улице через мутные лужи. Он бросился ей навстречу. Мгновенье, и они стояли друг перед другом.
— С Новым годом! Это тебе!
Он ощутил в ладони бархатистое тепло маленькой коробочки, и, не успев поблагодарить, оглянулся на рассыпающийся шум за спиной. Ровно на том месте, где несколько мгновений он услышал своё имя, так непривычно звучащее в чужом городе, лежали осколки гигантской сосульки, обрушившейся с крыши здания старинного телеграфа.
С тех пор они так и не виделись.
Он больше ни разу не встретился с Игорем, которого ждал на улице в тот день, чтобы посмотреть его новые эскизы к карточной колоде. В отделе кадров сказали, что он быстро, в одночасье, уволился в тот самый день, и ни с кем особо не прощаясь, радостный выбежал из редакции.
Николай после произошедшего, недолго думая, рванул в первопрестольную. В феврале в одном из переулков Старого Арбата, а именно в Николо-Песковском переулке, что, наверное, было хорошим знаком, открыл Школу астрологии. Жизнь стала налаживаться. Деньги снова потекли к нему рекой, как в старые времена. Так уж устроены люди: они всегда больше всего платят за то, чего сами не могут объяснить.
Потом в его жизни снова появились Хелен и Хельмут. Мать переслала ему письмо, которое чудом дошло до захолустного волжского городка от владельцев их бывшей квартиры в Алма-Ате.
« Я никогда бы не стала напоминать о себе, ты и так сделал много для меня, Ник,» — писала Хелен. Из короткого письма Николай понял, что Хельмута в школе, «тролят». Хелен перевела его в другую школу, водит к психологу, но парень ушёл в себя, не разговаривает ни с кем. Другой специалист по врачеванию душ посоветовал ему встречу с отцом.
«Ему нужен ты, Ник,«тот пьяный молодой мужчина из России, друг мамы, который подарил мне Долли,» так он называет тебя называет. Лошадь пришлось продать, содержать Долли было очень дорого. Зачем ты так потратился тогда? Я же видела, что у тебя совсем не осталось денег.»
Наших бьют! Держись, казак!
Турагенство, виза, билеты. Николай сорвался в Гамбург. Но увидеться с сыном не удалось, так как Хельмут лежал в больнице с гриппом.
У него есть сын, которому он нужен. Осознание этого придало новый, совершенно особый смысл каждому дню. Звонки в Гамбург стали частью его жизни. И, в конце концов, было решено встретится втроем.
Николай был готов оплатить путешествие в любую страну, но Хелен, с чисто европейской независимостью, категорически отказалась. С чисто немецкой педантичностью и бережливостью, она выбрала Португалию: купила два билета до Лиссабона и обратно. Так дешевле. Николаю удалось настоять на том, что все остальные расходы берёт на себя мужчина.
Он понимал, что пора забыть это провинциальное приключение. Зачем снова и снова натыкаться на холодное остриё отказа: » Тебе пора, уходи»?
Всё прекрасно понимал, только не в силах был расстаться с кольцом. У него рука не поднималась бросить серебряных «льва — сову» в реку, в море, подарить кому-то, оставить на улице, даже элементарно выбросить: махнул рукой- раз и нет!
Кольцо было для него почти живым существом. Только когда он, прогуливаясь после пляжа, наткнулся на полутёмную пыльную антикварную лавчонку, он понял, как правильнее всего поступить.
Ветер резвился на прибрежных просторах. Николай не мог оторвать взгляда от каштановых прямых волос, которые как лучи развивались вокруг головы. Лена поймала взгляд и пригладила волосы. Воспользовавшись подходящим моментом, вихрь взметнул юбку, которая ярким колоколом поднялась вверх, открывая всеобщему обозрению ровные загорелые ноги, слегка выпирающий мягкий животик и крепкую круглую попу.
Из бара напротив послышались аплодисменты, свист и улюлюканье:
— Wow! The great !
— Похоже, твой компьютер завис, — Лена слегка покраснела и, как ни в чём не бывало, поправила юбку. — Ну, что ж! Испытаем знакомый способ-у тебя есть минута, чтоб меня удивить.
— Давай встретимся сегодня вечером!
— Неоригинально.
— Я здесь с сыном и Хелен уже две недели. Я знаю одно интересное место. Там камни рядом с берегом ровные, отточенные, словно зубы. И всегда, когда волны, кружит водоворот. Завораживает. Вода кружится между ними, словно танцует. Тебе понравится.
— Острые?
— Что?
— Зубы острые?
— Н-н-немного.
— А рядом такой замечательный ресторанчик. Да? Банальное приглашение на ужин.
— Нет т-т-там ресторанчика, - растерянно произнёс Николай.
— Тогда согласна.