ГЛАВА 8
Карты на стол.
Рабочий день начался с хорошей новости.
— Все тебя искали! Куда ты пропал? — Носков понимающе подмигивал Николаю.
Звонили в редакцию и сообщили, что нашли багаж.
Игорь схватился за карандаш и с головой ушёл в новую работу. Он со страстью начал рисовать иллюстрации к новой книге Николая.
— Книга должна иметь успех, а значит деньги! У нас, Колян, наконец-то, будут деньги! Русское таро! Это что-то необыкновенное!
Хорошие новости принесли с собой заметные изменения в жизни. Жизнь понеслась, как по анфиладе комнат умопомрачительного особняка к лучшему: перебрался в центр города, поселился в одной из комнат архива газеты, который находилась этажом выше редакции. Этому пристанищу Николай был очень рад. Даже можно гостей пригласить. Редактор согласился принять участие в издании первой книги. Носков запоем работал над оформлением карточной колоды.
Год заканчивался, хлопая пробками шампанского в рабочих коллективах, сверкая гирляндами на ёлках и раскидывая всюду мандариновую кожуру.
Несмотря на оттепель в конце декабря, в воздухе витало предновогоднее настроение: украшенные витрины магазинов, Деды Морозы, раздающие рекламные листовки, особенный блеск в глазах у женщин, выходящих с сумками из универсама. Под ногами хлюпал растаявший снег. Сталактиты сосулек то и дело обваливались с крыш.
— Николай?
Лена стояла с объёмным фирменным пакетом в руках у магазина рядом с редакцией газеты.
— Как ты?
— П-прекрасно. А ты?
— Тоже.
Да чёрт с ней, с этой гордостью!
— Я зайду сегодня..
— Я заканчиваю раньше. Пока!
Крылья, в момент выросли крылья, вот же они! Он оглянулся, чтобы спросить: "Где ты встречаешь Новый год?" Лучше бы не оборачивался. Острый укольчик в солнечное сплетение обозначил наличие ревности в организме. Его девушка садилась в синий «Вольво».
Лена рассеяно слушала парня, боковым зрением наблюдая, как он оперирует ножом и вилкой, уничтожая котлеты с картошкой. Красиво получается. Азиат. Что же в нём азиатского? Смуглая кожа, высокие скулы, может, чуть раскосые припухшие глаза. Зелёные. Она, оказывается, его хочет. Но только в том случае, если бы он был просто картинкой, и они бы больше никогда не встретились. Пусть бы он так и оставался парнем, чьё лицо вроде бы знакомо. Тогда что он делает сейчас у неё дома?
Отец из казаков, мать — из дворян. Да те самые, фамилия известная. Бабка нагадала.
Лена как проснулась:
— Погадай мне. Какие карты интересные. Что это?
— Таро. Ты лучше скажи мне точную дату рождения. Составлю гороскоп. Видишь ли, я лицо заинтересованное, мне тебе нельзя гадать.
— Погадай, а? О том ,что было.
— Не веришь мне?
Николай спокойным и привычным жестом вытянул колоду карт из нагрудного кармана.
Таро распустили над городом разноцветный и пышный павлиний хвост!
Что было? Что, собственно говоря, было? Что ты носишься со своим прошлым, как курица с яйцом? Что необычного произошло? Всё как у многих девчонок из их группы в университете и её школьных подруг.
На первом курсе гуманитарного университета училась взахлёб и мечтала стать археологом. Мать, как всегда, иронично и умело повела разговор, разрушив розовые мечты. Ради чего женщине ночевать в палатках, терпеть пыль, грязь, насекомых; раскапывать могилы — да-да! Могилы, моя дорогая! ради того, чтобы остаться старой девой, дерущей три шкуры со студентов за то, что не различают эпох, к которым принадлежит тот или иной черепок? За то, что можно допоздна принимать экзамены и зачёты, засиживаться на кафедре потому, что дома ждёт только кот некормленый?
Лена не сдавалась. Но после первой полевой практики всю романтику, как ветром сдуло. Она отступила.
Выпускникам военных училищ, которых у них в городе было три штуки, лучше всего подходили для женитьбы молодые учительницы. С целью лучшего распределения.
Первый раз, когда Лена пришла на дискотеку в ракетное училище, вечер закончился дракой. Два курсанта не могли её поделить. А поскольку победил тот, кто понравился Лене больше, продолжение следовало.
Бескрайняя тайга с синими сопками на далеком горизонте. Военный городок Николаевск скрывался в непроходимых таёжных лесах. В небольшом городке, казалось, жили женщины и дети, так как мужчины появлялись только в выходные дни.
Лена работала в школе учителем истории и вела младший начальный класс. В пятницу возвращался голодный и уставший молодой муж-лейтенант. В выходные они ходили в гости, ездили в тайгу с большими корзинами за ягодами-грибами или на Амур во время нереста лосося со стеклянными банками за красной икрой. Всё казалось хорошо и правильно. Потом оказалось, что её Сергеюшка, высокий, светловолосый, голубоглазый, не совсем её. Говорили, что появилась у него женщина. Та, что на пианино в клубе играет. Лена засомневалась и захотела увидеть всё своими глазами.
Будто бы у него было дежурство, а Лена будто бы пошла ночевать к подруге.
Не чувствовала ни страха, ни холода, когда шла одна ночью через тайгу, потому что по улице идти было стыдно: а если кто увидит, как она за мужиком своим следит? Стоит ли ночная прогулка в морозную ночь всего этого?
В клубе, похоже, никого не было. Подёргала дверь — закрыто изнутри. Обошла вокруг по сугробам. Смотрела в окна. Одно было не завешано. Фонариком высветила парочку.
На полу.
«Хоть бы занавески задёрнули что ли», — подумала тогда.
Я буду мстить, и месть моя страшна.
Купила бутылку водки, схватила первого попавшегося ей на пути лейтенанта и привела домой. Не успели они войти, как дверь открылась, и на пороге квартиры нарисовалась другая парочка.
Скандал. Развод.
Прошлое переворачивало страницы быстро, как расписание поездов на вокзале.
Николай раскладывал карты, тасовал их. Глаза его, казалось, читали что-то.
— У тебя первый муж военный. Был. Давно. Скандал, развод.
Лена удивлённо посмотрела на него.
— А что? Если был первый, значит будет и второй?
— Будет. Будешь в бассейне своём плавать. В дорогих кафе сидеть, болтать с подружками и ничего не делать. И ни о чём не будешь думать, и всё у тебя будет. Причем, карты показывают либо поездку , либо море....
— Что значит всё? Так и говорят твои карты?
Николай раскладывал в ряд странные карты, а глаза смотрели поверх них, словно он читал что-то невидимое.
Шут.. Влюблённые... Полыхают развалины башни... Снова шут.
— Странный расклад. С одной стороны то, к чему ты стремишься сейчас, от того потом сама же и откажешься.
Николай смешал карты.
— Не сейчас, настроение не то. Расскажи о себе. Кстати, ты закрыла дверь в комнату?
Лена посмотрела на него. Николай быстро разделся и лёг на диван.
— Зачем нам время терять? Присаживайтесь, леди. Я весь внимание и готов слушать рассказ.
Лена смотрела и не могла отвести глаз от того, куда предлагали ей сесть.
— Ты уверен, что выдержишь хотя бы вступление?
— Очки не снимай...
То, что казалось для Николая всего лишь игрой воображения молодого, полного сил голодного самца, воплотилось в реальность. Женщина, к которой тянуло постоянно, сильно и совсем по-взрослому, сидит на нём сверху и из одежды на ней только очки. В последний момент, «на всякий случай», на плечи был целомудренно наброшен халатик.
Она ещё умудряется что-то ему рассказывать.
Стоит ей чуть пошевельнуться, и я не выдержу .....
Всё тело заполнено его желанием. Горячей, излившейся в неё тяжёлой силой его желания.
Нет сил пошевелиться. Только остается ждать, когда схлынет эта волна и можно будет двигать языком, губами, чтобы целовать, разговаривать, шевелить пальцами, в поле осязания которых входят то ложбинка у шеи, то шрам на плече, тёмная мягкая дорожка внизу живота...
— Мой сладкий....сладкий мальчик....,— шептала Лена.
— Что?
— Ничего.
Постепенно Лена возвращалась в реальность. Туда, где снова появлялось чувство неприятия Николая.
— Ты женат?
— Нет. Но у меня есть сын. Почему ты спросила?
— Интересно. Сколько ему лет?
— Одиннадцать. Он сейчас живет в Германии со своей мамой.
— Как получилось?
— Подрабатывал в больнице санитаром, когда учился на втором курсе. Там проходили практику студенты из ГДР. Ну, вот. Я даже не знал об этом. Весной получил письмо от его матери с фотографиями.
— Ты оставил девушку с ребёнком?
— Она гораздо старше меня. И, повторяю, что не знал. В ноябре я первый раз поехал увидеть сына. Пожил с ними немного и обратно. В Москве встретил Носкова. Поговорили. Он уже делает иллюстрации к моей книге.
— К твоей книге?
— Да. О русском таро. Мой багаж нашли, значит скоро рукопись вернётся. Здесь издать легче, чем в Москве. Вот такими судьбами я оказался в Нижегородске.
— Послушай, а почему ты уверен, что это твой ребенок?
— На деда моего похож.