ИСТОРИЯ О ТОМ, КАК МЕНЯ НАПЕЧАТАЛИ В ЖУРНАЛЕ
Порывы к творчеству, а именно желание выплеснуть на бумагу фразы и слова, которые стали приходить мне в голову, я стала чувствовать, когда моя жизнь была налажена.
Я не думала о том, как заработать, на что купить и как заплатить.
Художник должен быть голодным? Сомневаюсь.
Однажды я подумала, что вполне могу написать что-то, пусть даже похожее на роман -однодневку формата «покет бук», которые обычно читают в электричках по дороге на дачу. Ведь читают же!
Эта мысль меня уже не оставляла.
О чем писать? Тем было бесконечно много.
«Лихие 90-е». Мой опыт знакомства с миром закулисных историй ночных клубов, «разборок» и «наездов»- это просто клад.
О каждом персонаже, который мне попадался на жизненном пути в то время, можно написать роман. Яркими и, порой, трагичными были судьбы людей на изломе привычного уклада строителей коммунизма. У кого были способности, тот спешил отращивать себе когти и зубы.
Я сразу выбрала персонажей. Он- талантливый и немолодой. Она - молодая, смелая и очень красивая.
Все остальные участники истории были лишь декорацией их не простых отношений и любви.
И вот, наконец-то, я открыла комп и начала писать.
Обычно это происходило либо ночью, когда дочка спала, либо днем, когда я отводила ее в садик.
Словно ни откуда, в любое время дня и ночи, в голову проникали слова, которые складывались в строчки. В то время моей основной покупкой стали бумажные блокнотики, в которые я постоянно делала заметки: точное слово, хлесткое выражение, яркое сравнение.
Я просыпалась среди ночи и записывала что-то в тетради, которую держала рядом с кроватью, и снова проваливалась в сон. А утром смотрела и понимала: так это же то, что надо!
В ходе повествования, незаметным образом, герой, который наблюдает историю со стороны, стал превращаться в главного героя. В моем случае, в героиню романа. Наверное, мне самой захотелось пережить то, что переживали мои изначально главные персонажи.
Я начала роман в ноябре, а закончила в мае. Я писала запоем, с удовольствием, никуда не торопилась. Взвешивала каждое слово и телодвижение героев.
Откровенно говоря, надеялась, что меня напечатают. А с другой стороны понимала, что легко и просто не будет. Грызли все, что ни попадя бульдоги Дарьи Донцовой. На фоне запутанных убийств и грабежей вспыхивала неземная любовь между великодушными олигархами и бедными, но умными девушками Татьяны Устиновой. Мокли под дождем устрицы Оксаны Робски.
Лучшие полки в книжных магазинах занимали книги неизвестных авторов, главным достоинством которых, было прекрасное качество бумаги. Как, все-таки, здорово иметь печатный денежный станок для таких причуд, как издание и продвижение книги!
У меня станка на чердаке не было, но была необъяснимая уверенность, что что-то должно получится.
Лето наша семья проводила на даче в Подмосковье. Моя свекровь в своей единственной и неповторимой внучке души не чаяла. Относилась так трепетно и внимательно, что я спокойно уезжала в столицу и ходила по издательствам. Оставляла там отпечатанную рукопись, мейл и номер телефона.
Я обошла все издательства Москвы, где, мне казалось, могли бы заинтересоваться моим романом: от АСТ и ЭКСМО до литературных и глянцевых толстых журналов.
В 2008 году июнь было очень жарким. Воздух в центре столицы раскалился так, что казалось, что если я не буду делать шаги, то меня засосет расплавленный асфальт.
Наконец, я стала получать на почту ответы. Причины отказов были разные: то слишком гламурно, то слишком нецензурно, то своевременно, то тематика запоздала.
Позвонили из ЭКСМО и честно сказали, что заинтересованы в серии романов.
Позвонил литературный агент и за 100 евро предложил продать ему сюжет.
Мой энтузиазм окончательно сдулся.
«Ну и пусть!» подумала я и с головой окунулась в лето. То лето было прекрасным: поездки за океан, новые впечатления и знакомства.
В сентябре заканчивался наш дачный сезон. Мы вернулись В Москву и готовились к отъезду в Андорру.
Как сейчас помню, я упаковывала чемодан. Звонит телефон. На проводе - журнал «Литературная учеба». Есть, о чем поговорить. Понравился сюжет.
Я, как на крыльях, понеслась на край Москвы.
Редакция журнала располагалась на территории бывшего завода. Среди лабиринта тупиковых коридоров и лестниц, ведущих на недостроенный этаж, я наконец-то нашла заветную дверь, обитую черной клеенкой времен первых советских пятилеток и открыла ее.
Меня приветствовал человек похожий на спокойную хищную птицу.
«Заговори, чтоб я увидел тебя», – сказал Сократ.
Как только редактор журнала заговорил, я поняла, что никогда в жизни не слышала такой изыскано простой и элегантной русской речи.
- Ольга, почему Вы не пишите исторические романы, у вас же историческое образование, а выбрали эту тему?
Кстати, мой роман называется «Стриптиз».
- А Вы, Игорь, если бы хотели развлечься чтением, то книгу с каким названием бы выбрали: «Стриптиз» или «Как Петр стрельцов казнил»?
Он засмеялся.
-Да, название и тема удачные. На кого из писателей бы Вы хотели быть похожи?
- На Бунина или Довлатова.
- Ого, хорошая заявка на победу! Сюжет у вас интересный, есть напряжение и моменты, которые реально захватывают, выдержан стиль повествования: сухой и точный. А Вы не пробовали писать так, как пишут красками? Чтобы читатель был окружен звуками, запахами, ощущениями?
- Понятно.
Целый год потом я переписывала свой роман, прислушиваясь к советам моего нежданного учителя.
Сюжет романа не изменился, а вот стиль стал такой, как говорит одна знакомая: как будто ешь что-то вкусное.
Я работала над романом тщательно, с упоением, открывая в этом творчестве новое удовольствие. Шлифовала каждую строчку, пока учитель не сказал, что писателю нужно вовремя остановится, потому что переписывать можно до бесконечности. И порекомендовал оставить все, как есть. Я была уверена, что летом, как всегда, приеду в Москву и добьюсь желаемого.
Но на следующий год жизнь сделала крутой поворот, и мне уже было не до романов.
Как обычно пишут, шли годы.
В мае 2012 года в Париже было неожиданно холодно и дождливо.
Я работаю в компанииCWF, которая занимает одну из ведущих позиций в мире моды, помогаю закупщикам выбирать коллекции «прет а-порте».
Наш «шоу-рум» расположен в роскошном особняке напротив парка Монсо в десяти минутах ходьбы до Площади Этуаль.(когда-нибудь я напишу историю о том, как работала в Париже).
Иду я по буржуазному спокойному Трокадеро и хочу поднять себе настроение вкуснейшими ванильными безе с жареным миндалем из небольшого кондитерского цеха по выпечке тортов и пирожных, который открывался только утром.
Иду и думаю, что работу в секторе моды придется, скорее всего, оставить.
Звонок.
- Ольга, Ваш роман напечатают в июньском номере журнала «Юность»!
- Да?!
Париж. Утро. Зонт защищает меня от холодных капель дождя. Запах ванили и поджаренного фундука из кондитерской. Хотят напечатать мой роман в «Юности».
В той самой «Юности», где было большой честью печататься для Сергея Довлатова, Виктора Астафьева, Виктории Токаревой, -тех самых авторов, которых я буду перечитывать всегда, независимо от того, какая власть на дворе и что строим: социализм, коммунизм, капитализм.
Со мной всегда так: самое важное происходит так обыденно, будто ничего особенного и не случилось.
Потом, спустя несколько месяцев, я приехала в Москву. Пришла в издательство. Редактор вручил мне три увесистых «Юности», и я сразу же открыла страницу, на которой была напечатана первая глава моего романа.
Дело не обошлось и не без легкого недоразумения: штатная художница отказалась делать иллюстрации к «Стриптизу» и уволилась, обозвав всех старыми развратниками.
Ну зачем же так сразу? Надо было хотя бы начать читать.
Все сбудется.
Главное- расхотеть!
